ИРОКЕЗ ДЛЯ ТРАДИЦИОНАЛИСТА
|
|
Вадим Штепа: Помнишь, наверное, притчу про философа Чжуан-Цзы, которому приснилось, что он был бабочкой? А наутро он спросил себя: это философу снилось, что он был бабочкой, или бабочке теперь снится, что она философ? Так вот - как у тебя обстоят дела сегодня - рок-композитору Сергею Калугину снится, что он христианский традиционалист, или христианскому традиционалисту Сергею Калугину снится, что он играет тяжелую музыку? Сергей Калугин: Я современный человек. Очень хорошо понимаю тех, кто в любви к традиционной культуре дошел до создания некоего условного мира вокруг себя, имитирующего любимую им древность. Но для меня это невозможно. Какое-то время назад я тоже строил вокруг себя это искусственное средневековье, но оказалось, что это губительно для развития. Игнорировать тот факт, что ты живешь во времена всех этих компьютеров, макдональдсов, а в недавнем прошлом пионерских лагерей, и изъясняться лишь "высоким штилем", и писать при свечах. имитируя некий бытовой аристократизм, - значит оскорблять Бога, поместившего тебя именно в эту эпоху со всеми ее плюсами и минусами. А подарков Бога не отвергают. В.Ш.: Но все же ты сам, наверное, очень хорошо видишь глубокую пропасть между двумя наиболее широкими группами твоих слушателей - для одних ты интересен как традиционалист, занятый мистической проблематикой и творящий в ее лоне, а для других - как крутой рок-шоумен. И эти группы практически не пересекаются, а их представители крайне редко понимают друг друга... С.К.: Я бы не сказал, что большинство моих слушателей так уж четко можно разделить на эти две категории. Все-таки, спасибо Борису Борисовичу, процесс внесения традиционных ценностей в русскую рок-культуру начался даже не вчера. Так что мои зернышки падают на подготовленную почву. А тут еще это игровое движение все затопило. Теперь любая четырнадцатилетняя панкушка знает, что такое кельтский крест. Другое дело, что в массе своей подготовка слушателей достаточно поверхностна - наспех прочитанная "Железная флейта", куча фэнтэзи, да Пелевин, в котором ничего не понято - и мы имеем фигуру, которая на вопрос о религиозной принадлежности отвечает: "я скорее даос". Вот из таких "скорее даосов" в основном и состоит моя публика. И если говорить о некой культуртрегерской миссии, то она как раз в том, чтобы убрать в людях это "наспех", заинтересовать их в углублении собственной позиции. А в идеале - привести в лоно религиозной традиции. И честно говоря, не так уж важно, какая именно традиция это будет. Лишь бы не поверхностность и не сектантское сознание. В.Ш.: А что такое "сектантское сознание", на твой взгляд? Ведь многие традиционалисты старшего поколения склонны считать вообще всю рок-культуру некой "субкультурой" и видят в ней именно своего рода "сектантство". С.К.: Сектанство, на мой взгляд, это эффект, достигаемый за счет резкого сужения сознания. Человек резко сдвигает берега своей личности и за счет этого поток энергии, идущий через него, кажется мощнее. Эффект. известный в физике - одно и то же количество воды, проходящее через широкую трубу или через узкую - в первом случае вода еле течет, а во втором хлещет со страшным напором. Разумеется, такое достижение приносит много радости тому, кто подверг себя этой процедуре, но оно совершенно непродуктивно. Нужно повышать общую мощь в границах Богом данной тебе личности, а не имитировать это повышение за счет сужения границ. И в этом смысле традиционалисты, о которых ты говоришь, и есть "сектанты", замкнувшиеся в рамках некоего искусственного мирка. Что же касается рок-культуры, то этот эффект есть и там - и мы как раз с ним боремся. Мы говорим, что нам нужны не фанаты, а поклонники. Поклон - благородное дело. Поклонился в знак уважения - и пошел дальше. Свобода не нарушена. А фанат - состояние рабское. ...Вообще же противоречие между роком и традицией абсолютно иллюзорно. Традиция не живет имитацией прошлого. Традиция вечна и потому всегда умеет говорить языком своего времени. А рок - это и есть один из языков современности. Играя его, мы вовсе не игнорируем происходившего в музыке до нас. Наша музыкальная ткань ничуть не менее благородна, чем у композиторов минувших эпох. И внимательный слушатель разглядит в нашей музыке многие аллюзии и цитаты, обращения к различным культурным кодам. Интересно, что претензии ко мне со стороны сушеных интеллектуалов в основном упираются в мой внешний вид, а не в суть того, что я делаю. Люди поверхностные видят лишь поверхность. Определенная категория слушателей привыкла уважать себя за мой счет. Типа мы такие крутые, видим и слушаем чрезвычайно элитарную музыку и отслеживаем цитаты из Дионисия Ареопагита. И пока мой внешний вид не препятствовал им ощущать себя занимающимися серьезным делом, все было в порядке. Но когда я выхожу с синим ирокезом и в полосатых штанах, для них все рушится. Они начинают чувствовать себя идиотами, каковыми, если честно, и являются. А людям, живущим традицией, это все не помешает - они хлебнут пивка, улыбнутся от уха до уха и поднимут вверх руки с козой. Это жест нашего поколения - к которому мы принадлежим и не стесняемся этого. ...Ведь традиция - это и есть серия взрывов отвязности, ты и сам это знаешь. Те, кто вечно следуют, только кидаются к любому проявлению живого, пульсирующего, облепляют, оковывают и костенят. И тогда в живом следует новый взрыв, разносящий к чертовой матери всю эту косность, и все начинается по-новой... Опубликовано в журнале ИNАЧЕ № 4, 2001 |
